Леди Феникс

Глава 4 settings

    Принц колебался недолго. Между «убиваться, что с заклинанием не вышло» и возвращением моей памяти он сразу выбрал второе и начал с того, что официально представился:

    – Бладлейн Хоррис, один из младших принцев Объединенных королевств Мбрама.

    Там еще шло много титулов, но после третьего или четвертого я перестала запоминать. Гораздо интереснее было послушать про самого принца.

    Прежде чем рассказать мне обо всем, Бладлейн приказал, чтобы нам принесли еду. Объяснил это тем, что до купания в Слепом море Шаенна настояла, чтобы меня ничем не кормили. Якобы еда в наших мирах отличается, и это могло нехорошо отразиться на моем желудке, заодно и на организме в целом. Теперь же ко мне вернулась магия, и можно было нормально поесть.

    Есть мне не хотелось ровно до того момента, как слуги притащили подносы со всякими вкусностями. Птицу в каком-то кисло-сладком соусе, свежие овощи и золотистую крупу, по вкусу похожую на рис. Выпечки тоже не пожалели: к разнообразным лепешкам шли паштеты и пасты, а начинки в миниатюрных пирожках, похоже, не повторялись. Завтрак в нашем отеле отдыхает! Под рассказ Бладлейна я смела штуки четыре, и это при том, что тарелку с основным блюдом тоже оставила пустой. Никогда столько не ела, но, видимо, пространственный переход требовал восстановления энергии, а может, просто на нервах.

    Мбрам напомнил мне земные ОАЭ с поправкой на колорит, здесь он был ближе к Европе. В каждом королевстве есть свой правитель, старший принц, он и является главой такого государства в государстве. В королевстве Бладлейна правит его брат Зейр, и, как оказалось, именно его я видела в своих воспоминаниях. Того, который не поддерживал его в решении жениться на Гвен.

    Когда я рассказала об этом принцу, его глаза зажглись надеждой. Надеждой, что ко мне окончательно вернется память. Поэтому мы сразу договорились, что от Бладлейна я услышу лишь правду.

    Познакомились мы банально для их мира. Блад приехал с визитом к отцу Гвендолин, увидел ее и не смог забыть. Очевидно, Гвендолин он тоже понравился, и они начали переписываться. Целый год переписывались, узнавали друг друга. Отец Гвендолин был против Бладлейна, и он ее выкрал. То есть помог бежать. Другая я была не против такого расклада, ей нравился принц. Они сбежали, тайно поженились и неделю наслаждались медовым месяцем.

    Когда Блайдлен рассказывал об этом времени, на его лице расцветала теплая, немного мечтательная улыбка. Так заново переживают лучшие моменты своей жизни. О Гвендолин он рассказывал с таким трепетом, вспоминал о ней так нежно, что становилось немного завидно, а еще – понятно, что он не просто ее любил. Он в этой любви растворился, и был готов сделать ради нее и для нее все.

    – Что случилось потом?

    – Ты это не вспомнила?

    Я покачала головой: дальше брачной ночи с принцем память меня не пускала.

    – Тогда тебе достаточно будет знать того, что это был несчастный случай.

    Я не стала расспрашивать подробностей. По крайней мере, пока. Что-то мне подсказывало, что это мне в любом случае не понравится. Знание о моей смерти.

    После этого вопроса разговор не клеился, и принц решил дать мне отдохнуть.

    – Ты так и не спросил моего имени, – напомнила я, когда он собрался уходить.

    Бладлейн склонился и поцеловал мне руку, едва коснувшись губами тыльной стороны ладони. Он вообще вел себя предельно вежливо, чем поднял мою о нем оценку.

    – Давай оставим его в тайне. Мне все равно сложно называть тебя другим именем. Для меня ты всегда останешься Гвендолин.

    Я устала доказывать, что я не я, и имя не мое, но соглашаться не собиралась.

    – Имя Гвендолин кажется мне чужим.

    – Тогда я буду называть тебя Фениксом, – нашел компромисс Бладлейн. – Леди Феникс, так будет правильнее, пока ты меня не вспомнишь.

    – А если не вспомню?

    – Вспомнишь. Клянусь.

    Учитывая зацикленность принца на клятвах, у меня на этом моменте пробежал холодок по коже. Из разряда: не умеешь – научим, не хочешь – заставим!

    – Я могу поговорить с Шаенной? – поинтересовалась я.

    – Зачем?

    – Это женский вопрос, – решила я не нагнетать, – и она единственная женщина, которую я здесь знаю.

    Ответ принца удовлетворил, он ушел, а спустя полчаса в моей спальне появилась ведьма. Я как раз доедала десерт, какое-то интересное суфле с цитрусовым вкусом.

    – Ты что-то хотела, Феникс? – спросила Шаенна без церемоний. С ней вообще все было просто. Например, она не убеждала меня, что я Гвендолин.

    – Да, хотела, – кивнула я, отставив креманку. – Я хочу домой. В свой немагический мир.

    Ведьма не изменилась в лице: совсем не удивилась, будто ждала чего-то подобного.

    – Это невозможно.

    Никто не говорил, что будет легко. Я не вчера родилась, чтобы не сопоставить одно с другим: Шаенна помогла Бладлейну не за красивые глаза и не из сочувствия над бедным, потерявшим любовь принцем. Значит, ей что-то от него нужно, и, возможно, мы с ней тоже сможем договориться. Как девочки.

    – Понимаю, – я вскинула руки. – У вас с принцем сделка. Но может, мы с тобой можем заключить свою? Я вроде как Феникс. Могу вспомнить что-то интересное.

    – Вспомнить? – хмыкнула Шаенна. – Все, что ты можешь вспомнить – это жизнь леди Гвендолин. Например, как сильно любила принца. И жить с ним счастливо.

    – Я не хочу вспоминать жизнь леди Г. Я хочу продолжать жить свою.

    – Это невозможно, – повторила Шаенна, и я разозлилась.

    Вот ведьма! Действительно, ведьма. С полки памяти Феникса мне прилетело знание, что в Эфоре их не любят. Ведьмы проводят запрещенные ритуалы, черпают силы от природы, иссушая ее. Это значит, что Шаенна злодейка? В моей истории так точно. Но еще фениксова библиотека подкинула информацию, что ведьмы достаточно продажны. То есть работают исключительно на себя и для своего блага.

    – Дело в цене? Или боишься, что принц не заплатит.

    – Нет, – покачала головой Шаенна. – Магия к тебе вернулась, так что Бладлейн выполнил мои условия.

    – Значит, ты просто не хочешь?

    – Значит, я просто не могу. Возвращение феникса – это, как вы там в своем мире говорите, билет в один конец. Есть черный обряд о том, как вернуть тебя в Эфору, а вот обряда, как забросить в следующее воплощение – нет. Кроме того, чтобы убить.

    – Убить?!

    Мысль о том, что мне придется убиться, как-то совсем не вдохновляла. Скорее демотивировала.

    – Ты феникс, – объяснила Шаенна. – После смерти получишь новую жизнь, но, конечно, не ту, которая у тебя была. Совсем другую.

    – Почему?

    – Потому что так работает мироздание.

    Одно то, что у нее получилось меня выдернуть, было большой удачей, и то со второй попытки. Оказывается, именно Шаенна была виновата в моей аквафобии, она чуть не утащила меня под воду еще в детстве. Но тогда ничего не вышло, и ей пришлось ждать годы. Наблюдать за мной. Ведьмы умели заглядывать в другие миры, но для черного обряда Шаенне потребовалось все ее могущество. Второго такого не выдержит либо она, либо я. Мироздание такого фокуса больше не пропустит: лазейка закрылась и через нее больше не пройти.

    Объяснения ведьмы не заняли много времени, но выходило, что я действительно не могу вернуться. Ни к своей семье, ни к любимой работе, ни в свою милую уютную квартиру. Для земной жизни я умерла. И все мои фениксовы инстинкты подсказывали, что Шаенна не лжет. Не знаю, как это работало, но я поняла, что  все это правда.

    Назад дороги нет.

    Либо новая жизнь, либо вот такая со старыми дырками.

    К этому выводу я пришла уже лежа в постели, свернувшись в клубочек, и пытаясь все осознать, а до этого послала Шаенну и прогнала. «Убирайся» там было самым простым словом, но видеть ее я больше не могла. Дружить с тем, кто тебе жизнь испортил – сложно. А начинать новую жизнь еще сложнее.

    Но теперь придется.

    Я промучилась над этой мыслью всю ночь и утром чувствовала себя разбитой. Но вместе с тем понимала: можно лежать до следующего воплощения, а можно попробовать жить дальше. 

    Если жизнь подбросила вам лимон, то нужно, по крайней мере, убедиться в том, насколько он кислый. И дальше по тексту. Рассмотреть все плюсы и минусы.

    Раз. Мне достался волшебный мир. Средневековый, без трубопровода, электричества и мобильной связи. Зато с магией.

    Два. Я обладаю магией. Пока еще не разобралась, как она работает, но не было еще штуки, с которой я не справилась. Нет инструкции? Поищем! Совсем нет? Метод «тыка» еще никто не отменял! К тому же, я вроде как крутая птица и даже леди.

    Три. У меня есть принц. И я пока не решила к какому пункту его отнести: к минусам и плюсам. Первое впечатление штука коварная, а Бладлейн меня совсем не впечатлил. Внешностью не обделен, манерами тоже, но вот то, что он считал меня другим человеком, мягко говоря, было не айс. Тем не менее подумав, я решила дать принцу шанс.

    Может, он вообще моя судьба, как в «Чужестранке».

    Кажется, мысль о том, что мы не с того начали, пришла в голову не только мне. Потому что на следующий день высокомерие и нетерпение Бладлейна куда-то подевались. Принц был со мной само очарование. Сначала мы позавтракали в огромном красивом зале, затем Бладлейн показал мне свой замок и сад. Зажатый между стен крепостей, сад оказался островком свежести и красоты: в нем цвели великолепные деревья оранжевыми цветами.

    — Сейчас весна? – удивилась я, нежно прикасаясь к крупным, как у магнолии, лепесткам и вдыхая их божественный сладкий аромат.

    — Нет. Цветение поддерживает моя магия. Это подарок тебе.

    — Мои любимые цветы.

    Знание пришло откуда-то из подсознания, но я поняла, что это правда. Я их люблю, и Гвен любила тоже.

    Принц сверкнул глазами, но от комментариев воздержался. Он вообще не нарушал слово и не называл меня именем бывшей возлюбленной. Зато в следующие дни просто завалил подарками, которые, уверена, для Гвендолин имели смысл, а для меня были просто приятностями. Например, мне понравились наши прогулки по крепости, которые вполне можно было назвать свиданиями, потому что Бладлейн действительно за мной ухаживал. То пикник на пляже устроит – в шатре, то какие-то драгоценные украшения презентует, то велит приготовить морепродукты, которые в Мбраме оказались нереально вкусными, то закажет живую музыку у местных трубадуров.

    Я понимала, что всякие трогательные мелочи – это попытка принца бороться с моей амнезией, но спустя пару недель начала проникаться. Ухаживал Бладлейн красиво, как настоящий принц. Какая девушка перед этим устоит? И поссорились мы всего однажды, когда я заявила, что хочу изучать магию, а Бладлейн ответил: «Нет». Я как современная самостоятельная женщина этого вообще не поняла. Как нет? Вижу цель, не вижу препятствий. Ну, кроме нежелания принца.

    Целый вечер мы не разговаривали, и на утро принц пришел мириться. Извинился и объяснил:

    — Магия феникса слишком могущественная и непокорная. Гвендолин погибла, используя собственную магию.

    — То есть, поэтому в замке «нет» библиотеки? То есть не вообще, а для меня?

    Конечно, как только я решила здесь остаться, я поняла, что мне надо изучать мир и свою силушку фениксову. Как-то привыкла распоряжаться всеми своими ресурсами. Ну и немножечко хотела колдовать. А кто бы на моем месте не хотел? Магия же!

    Впервые увидев собственное отражение в большом зеркале в одном из замковых залов, я окончательно уверилась, что она существует. Слепое море меня изменило. Вместо платинового карэ у меня теперь были каштановые волосы до пояса, шелковистые и блестящие. Брови стали гуще, глаза ярче, а кожа нежно-персиковой. Никакой серости, кругов под глазами или прыщей. Я по-прежнему была собой, но стала… Лучшей версией себя что ли.

    Но дело было далеко не во внешности. Я чувствовала магию внутри, она струилась под кожей и ждала, когда же я ей воспользуюсь. Кто бы мог подумать, что я столкнусь с препятствием в лице принца.

    — Если она такая непокорная, мне тем более нужно ее освоить!

    — Нет, — уперся принц, сложив руки на груди. – Тебе это не нужно. Можно жить и без магии, многие люди живут без нее.

    — Но я не человек, я феникс.

    — Ты женщина.

    Так! Кажется, это местная версия: «Милая, твое место на кухне, поэтому рожай борщ, вари детей».

    — В моем мире женщины получают образование наравне с мужчинами. К тому же, насколько я теперь знаю, в прошлой жизни я тоже была образованной и владела магией.

    — Не владела, — мрачно уточнил Бладлейн. – Но пыталась научиться. Можно сказать, в прошлый раз я поддержал тебя в этом стремлении.

    Что мешает поддержать меня снова? Ах да, моя гибель.

    — Как я умерла? – поинтересовалась на этот раз без вызова. Видно же, что тема для принца болезненная.

    — Это точно не то, что тебе нужно знать, — отрезал его высочество. — Особенно, если сама не вспомнила.

    — А может, хватит говорить загадками, — предложила я и сделала ход конем. — Я думала между нами нет секретов.

    Бладлейн дрогнул, на его лице заиграли желваки. Но оказалось я рано обрадовалась.

    — Шаенна рекомендовала не рассказывать тебе о собственной смерти. Никто не должен знать, как умрет. Это может напугать тебя, а ты только что прошла между мирами.

    По-моему, кому-то стоит помнить, что она ведьма, а не психоаналитик!

    — Другим может и не нужно знать, как они умрут, но я феникс. Рано или поздно я все равно все вспомню. С твоей помощью или без. Но магии тоже буду учиться. Опять же, с твоей помощью или без.

    Бладлейн принял вид, будто пытался разжевать лимон: очевидно, боролся между желанием меня послать и нежеланием снова ссориться. Я вот, честно, понимала, почему дома у меня не складывались отношения с мужчинами. Характер у меня сложный, а натура деятельная. Приказы я не понимаю, либо идем навстречу друг другу, либо расстаемся.

    Наверное, что-то такое принц прочел в выражении моего лица, потому что тяжело вздохнул, смиряясь с тем, что его нежной и ласковой Гвендолин нет, и нужно брать, что дали.

    — Месяц, — предложил Бладлейн. – Давай немного подождем, любовь моя. Чтобы я был уверен в том, что ты полностью восстановилась после возрождения. А после я дам тебе доступ к магической библиотеке и лично обучу магии.

    — И расскажешь, почему я умерла.

    — Если захочешь.

    Подумав, что никуда моя магия не убежит, я согласилась.

    — Хорошо. Только мне все равно нужны знания. Не по магии, так про Эфору.

    — Это можно устроить.

    Доступ в библиотеку я все-таки получила: огромную и старинную. С тяжелыми деревянными шкафами, столами и креслами, с балкончиками на втором этаже и витражом с изображением демонического существа, двойника статуи в центре двора. Чувство было, если бы я оказалась где-нибудь в Оксфорде! Хотя это для меня библиотека выглядела старинной, а для Бладлейна это была просто библиотека. Что примечательно здесь не было не пылинки, отчего ко мне впервые закралась мысль, что возможно для уборки тоже используют магию. Ну или принц чистюля!

    В библиотеке я проводила пару часов в день, к счастью, язык и даже языки я знала. То есть, помнила из своей прошлой жизни. Иногда Бладлейн присоединялся ко мне, и тогда я забрасывала его вопросами. О мире, о Мбраме, о магии. В другое время за мной продолжались ухаживание, и однажды мы даже поцеловались.

    Точнее, принц поцеловал меня первым. Мы просто были в саду, сидели на скамейке, он подался вперед, и наши губы соприкоснулись. Бладлейн умел целоваться, сменяя мягкость настойчивостью и наоборот. Наш поцелуй длился и длился, перерастая то в нежный, то в страстный. У меня даже голова закружилась ни то от этого микса, ни то от недостатка воздуха. Но стоило нам оторваться друг от друга, я почувствовала себя словно пьяная. Не знаю, это во мне память Гвен говорила, или я сама загорелась от ухаживаний принца, но мне было приятно. Очень приятно. Поэтому я поцеловала его в ответ, за что оказалась в его объятиях и лежащей на скамье.

    Ух! Все слишком быстро. Или не слишком? Раз в этом мире мы вроде как женаты. И вообще он мне нравится. Нравится? Нравится. И все, что он делает — тоже.

    — Гвен, — простонал принц, уткнувшись губами мне в шею. Приятно, между прочим, но чужое имя мигом вытолкнула меня из чувственного забвенья.

    Оттолкнуть Бладлейна было непросто: он мужчина высокий и вцепился в меня, как утопающий в спасательный круг. Ассоциация так себе для любовного настроя. Но когда я заехала принцу по коленке. По коленке! Он сам от меня отпрянул. 

    Правда, таким злым я его еще не видела. Бладлейна перекосило, черты лица заострились, а без того яркие глаза загорелись каким-то потусторонним пугающим светом. Не то слово – пугающим. У меня все внутри перевернулось, захотелось спрятаться за лавку или заползти под нее. По крайней мере, в первый момент. Потом принц отвернулся, спрятал лицо в ладонях, тяжело дыша и стараясь успокоиться. 

    А до меня дошло, что я только что познакомилась с его магией. Все эти дни я думала про собственную магию, но не задумалась о том, какая она у других. Какая она бывает вообще? В книгах из библиотеки, как назло, ничего про волшебство не было.

    — Я не хотел тебя пугать, — покаялся принц. – Как ты могла подумать, что я смогу тебе навредить? Ты для меня все, Феникс. 

    Это меня и встряхнуло. Потому что любовь Бладлейна больше напоминала одержимость. Приворот. Да хотя бы взять то, что он Гвендолин с того света пытался достать. И достал же! 

    — Мне кажется, нам нужно сделать перерыв в наших отношениях, — предложила я.

    — А? – не понял принц.

    — Послушай, ты все еще влюблен в Гвен, а я не она. Тебе нужно примириться с этой мыслью. Ты мне нравишься, Блад, но мне совершенно не нравится, что ты влюблен в другую. Так может, побыть порознь? Дать себе время подумать. 

    — Время? – Бладлейн с психологией был незнаком и смотрел на меня так, будто я предлагала, как минимум, разрушить его замок. Как максимум – весь его хрупкий мир.

    — Хотя бы пару дней. Лучше неделю. Просто не будем видеться в этом время. 

    Честно ждала, что принц снова встанет в позу, но он меня приятно удивил. Он поднялся и заявил:

    — Если ты просишь.

    А после откланялся. 

    Я же поздравила себя с победой. Мне действительно нужна была пауза на подумать. Подумать, насколько сильно я хочу продолжать отношения с Бладлейном. Он принц, умеет ухаживать, умеет уступать, вот как сегодня. Но его зацикленность на моей прошлой личности… Мягко говоря, раздражает. И если ничего не изменится, придется сказать принцу: «Пока!»

    Иначе всю мою старую новую жизнь меня будет преследовать призрак Гвендолин. 

    Правда, стоило остаться одной, я почувствовала себя одиноко. То ли во мне все-таки заговорил призрак, то ли я уже привыкла к обществу принца. Странно, потому что на Земле я не страдала от одиночества, я всегда знала, чем себя занять. Хотя, если быть совсем честной, занималась я в основном учебой и работой. Периодически в это вклинивался фитнес, прогулки в парках, поход в салон, чтобы обновить цвет волос и сделать маникюр. Друзей у меня не было, так, пара приятелей, и грустить было просто не о ком, но почему-то грустилось. Будто Бладлейн заполнял собой какую-то брешь в моей душе, а теперь я его послала.

    Но не в моем характере было сидеть и рефлексировать, я решила сама найти принца. Скажу, что передумала. На следующее утро я так и сделала, направилась в его комнаты. Бладлейн в это время частенько бывал в кабинете и занимался делами замка или принадлежащих ему земель. Кабинет располагался недалеко от моих комнат: перейти через анфиладу и свернуть в коридор налево. Никто меня не сопровождал, вообще в замке было мало слуг или охранников. Что странно, потому что в такой махине могло жить множество людей, но за все время я видела конюха, пару служанок и скромную гвардию стражников.

    Я дошла до резной, приоткрытой в кабинет двери и почти постучала, собираясь сделать Бладлейну сюрприз. Но едва занесла кулак, как услышала голос принца:

    — Мне нужно вернуть Гвен.

    Руку я отдернула инстинктивно. На автомате. 

    От шока.

    Никогда не занималась подслушиванием и даже порицала сплетников. Но когда обсуждают тебя… 

    — Ты уже это сделал. – Тягучий соблазнительный голос Шаенны я узнала сразу.

    — Нет, ты меня обманула! Ты притащила какую-то девчонку, которая ликом похожа на Гвендолин. Но она не она! 

    Девчонка? А вот это неприятно. Больно даже. Обидно.

    — Я об этом предупреждала. Феникс прожила новую жизнь. Со временем она все вспомнит.

    — И забудет другую жизнь. 

    — Нет, конечно.

    От треска дерева я подпрыгнула: кажется, Бладлейн ударил по столу. Ну или стеллажи ломает. Но даже это меня не останавливает, я как приклеенная не могу отойти от двери.

    — Ты меня обманула…

    — Ты повторяешься, принц. – Теперь голосом Шаенны можно порезаться. Он звучит жестко, уверенно. – И винишь меня в своих заблуждениях. Я обещала тебя феникса, ты ее получил. Сделка выполнена. Хочешь заключить новую? Пожалуйста.

    Кабинет погружается в тишину, и мне кажется, что меня раскрыли. Сейчас принц распахнет дверь и…

    — Хочу, — отвечает Бладлейн. – И у меня даже есть что тебе предложить.

    Снова пауза. Не знаю, что он там показывает ведьме: стриптиз или золото, но Шаенна удовлетворенно хмыкает:

    — Годится. Что ты хочешь?

    — Хочу, чтобы моя Гвен вернулась. Хочу, чтобы ты стерла новую жизнь из памяти Феникса. 

    Loading...

      Комментарии (13)

      1. Для меня новое произведение прочитала на одном дыхании! Спасибо, Автор! С нетерпением жду продолжения! Алекс-дракон очень заинтриговал.

      2. Очень увлекательная история !!! Спасибо Вам )))))❤❤❤

        1. zofija320, Благодарю вас)

      3. Очень рада что вы передумали уходить из литературы и продолжаете нас радовать своими произведениями.

        1. натка, Спасибо) мое желание писать возродилось как феникс) благодарю за поддержку)

      4. Уже читаю))) Умеете, Ксения, заитриговать читателя с первых строк)

        1. nadezhda89156345179, Благодарю! 😍

      5. Читаю))) Интрига прям с первых страниц)))

        1. nina-damm, Приятного чтения)

      6. Спасибо, уже читаю.

      7. Спасибо!!! Уже читаю на Литнет!!!! Очень интересно 👍

      8. Спасибо!